Про Олимпиаду в Москве и вело "Москва-80"

Новости велоспорта, новинки фирм-производителей и т.п.

Модератор: cTc

Про Олимпиаду в Москве и вело "Москва-80"

Сообщение admin » Чт фев 18, 2010 22:16

Изображение

Велосипед высшего класса для шоссейных гонок "Москва-80".

Год выпуска: 1979

Трубы рамы с переменной толщиной стенок. В конструкции максимально использованы алюминиевые и титановые сплавы. Спицы колес из титанового сплава.

Масса велосипеда – 8,25 кг.

Лучший из советских гоночных велосипедов 60-80 годов. Конструктор – харьковчанин Реджинальд Воронцов. Для московской Олимпиады-80 изготовлено 10 веломашин этой модели. В настоящее время известен в единственном экземпляре!

На Олимпиаде-80 на этих велосипедах НЕ ЕХАЛ НИКТО! Одна единственная команда была на наших великах (не этих, а Чемпион-Шоссе) – сборная... нет, не Гондураса... и не Уругвая... хотя уже теплее... Камеруна!

Напомню (хотя все наверное знают), что группу на той Олимпиаде выиграл Сергей Сухорученков на Кольнаге.

Подробнее о том, для кого делалась "Москва-80" и почему в 1980 году в Москве ее никто не увидел читайте ниже.

vvr писал(а):Что нам известно о том времени, когда в середине 70-х СССР получил право на проведение олимпиады 1980 года?
Естественно, тогда партия и правительство решили использовать этот факт в идеологических целях тоже, а еще советская промышленность получила огромный стимул и финансирование для того, чтоб это мероприятие успешно осуществилось. Карусель завертелась знатная.
Среди всего этого из ЦК прошла мысль - наши спортсмены должны выступать на отечественном инвентаре. Сказать то сказали, да как это осуществить.
Я думаю, не один тренер различных сборных искал пути того, как эту мысль ЦК избежать. И, видимо, это удалось, используя формулу «нельзя гарантировать высокий спортивный результат на инвентаре не прошедшем должной апробации». Наверное, с облегчением вдохнули и многие спортивные НИИ, понимая, что, даже имея свои наработки догнать за один олимпийский цикл зарубежных производителей не удастся. И еще, видимо, на тот период в СССР сформировалось сильное лобби зарубежных производителей спортивного инвентаря.
Кому-то с этой темы удалось съехать, а кто-то наоборот - увидел здесь шанс для себя и своего дела.
Теперь ближе к велосипеду - на чем выступали наши сборные в то время? На треке это PIH, De Rosa, Cinelli, CNC. На шоссе - тут почти 99% Кольнаго. Приятным исключением из этого правила была сборная Эстонии, она выступала на De Rosa – очень достойном велосипеде. (Если я пропустил какую из фирм - добавляйте).
Думало ли руководство велосипедных сборных менять что-то в инвентаре? Да нет, конечно! И это правильно.
А тут появляется настырный человек из ЦКТБ г. Харьков и что-то пытается сделать-доказать. Этим специалистом был Георгий Иванович Панин. И «М-80» мы обязаны именно нему. Он начинает постоянно наведываться в сборные, пытаясь понять, предугадать, а то и просто выполнись «капризы» их руководства. Не являясь гонщиком, ему подчас просто тяжело и он находит единственно возможный на тот период путь для решения задачи: раму надо делать из импортных труб (на тот момент это были трубы фирмы Witberg), оборудование будет склонировано с Campagnolo, а за прототип рамы был взят Colnago Mexico (на этой модели сборная СССР победила на олимпиаде 1972 года в Мюнхене).
Выбор прототипом Colnago Mexico (велосипеда предназначенного для командной шоссейной гонки на 100 км.) обусловлен тем, что данный вид шоссейной программы для СССР был превалирующим – победы на олимпийских играх 1972, 1976 и ЧМ того периода.
И началось: Панин с сотоварищи делает - Капитонов и сборная смеется; Панин переделывает - и все повторяется снова. Капитонов и сборная так и не поняла главного - своим отношением к проекту «М-80» они очень сильно помогли Панину в его работе. В общем можно сказать, что Панин сборную таки достал.
Окончательный вариант 4-х велосипедов для командной гонки были привезены им в тренировочный лагерь сборной. Капитонов на свое усмотрение передает эти образцы наиболее атлетичным гонщикам сборной: Пикуусу, Чуканову, Чаплыгину, Журавлеву с напутствием сломать велосипеды в течение недели (неделя это срок командировки Панина). Несмотря на такой подход со стороны руководства сборной сломать велосипеды не удалось. В этих испытаниях лопались только экспериментальный титановые спицы.
После этого следующая партия велосипедов решением спорткомитета СССР была передана следующие испытания в спортивный клуб «Локомотив» г. Ленинград тренеру А. А. Кузнецову.
Велосипеды были переданы весной 1979 года в канун Сочинской гонки. Эти велосипеды, также, были предназначены для командной и индивидуальной гонок.
Но решением тренера Кузнецова велосипеды эксплуатировались в горных условиях Сочинской гонки. В результате чего лопнули следующие детали:
- пустотелые титановые валы каретки;
- облегченные шатуны.
А ведь данные детали, как и велосипед, предназначались для использования в командных и индивидуальных гонках.
Через своего патрона Романова Кузнецов пожаловался в ЦК в результате чего Г. И. Панин был уволен. При этом в расчет не приняли экспериментальный характер работ и использование титана - инновационный на тогда момент.
Указанные выше велосипеды весили менее 8 кг. На лицо было и переоблегчение, и неадекватное использование.
С этого момента мелкосерийный выпуск шоссейных велосипедов «М-80» сворачивается и до конца 1979 года изготавливаются единичные экземпляры по индивидуальным заказам отдельных гонщиков, спортивных команд и спорткомитета.
Всего было выпущено около 52-х велосипедов для различных видов гонок на треке и шоссе.
Таким образом «М-80» «выжил» и занял свою нишу среди велосипедов, выпускаемых по индивидуальному заказу.
А параллельно с этим у руководства сборной (речь идет о шоссейной команде) решался вопрос, на какой фирме ехать олимпиаду. Это напоминает нынешние тендеры, но тогда, как и сейчас, не все участники тендера одинаково равноправны. Быть спонсором хоть и сильной сборной, но без гарантий на победу некоторые опасались. Кольнаго рискнул, даже не рискнул, он просто продолжал делать свое, не первый год начатое, дело. А вот Bianchi испугалось. Лично я думаю, им этот испуг до сих пор «аукается». Остальные игроки были не настольно финансово сопоставимы с Кольнаго и тоже не рискнули. А может их просто и не выбрали в силу разных обстоятельств…

Что же получилось из темы «М-80»: а получился высокого европейского уровня велосипед (европейские страны тогда были законодателями велосипедной моды и мировыми лидерами велопроизводства).

Вопрос по весу «М-80». Мог не мог?
Если учесть, что из стали на этом велосипеде, кроме рамы и вилки, естественно, были изготовлены только тросики, спицы (в дальнейшем), дорожки и тела качения и еще чуть-чуть, то заявленный вес 8,25 кг. при росте рамы 56-58 более чем реален. Как пример, задний переключатель «М-80» вместе с болтом крепления весил 175 грамм, для сравнения, на тот момент самый легкий задний переключатель Campagnolo без болта крепления весил 182 грамма. В титановой трещотке отыгрывали еще несколько десятков грамм. И так можно продолжать по каждой детали.
Правда, такое облегчение не могло не сказаться на ресурсе и выводило эти велосипеды из тренировочного процесса только в соревновательный. Тут появляется хороший повод для перехода на международную кооперацию по комплектующим, но на тот момент, наверное, это было невозможно и лишило бы «М-80» определенного шарма. :)
Р. И. Воронцов подключился к проекту «М-80» сразу по приходу на работу в ЦКТБ велостроения в конце 1978 года, т.е. на завершающем этапе работ. И больше занимался модификациями трековых вариантов «М-80».
Тема «Тахион» не является продолжением темы «Москва-80». Рамы различных моделей этого велосипеда разрабатывались без упора на иностранные аналоги. Первичная направленность шоссейных рам «тахион» - использование их в групповых, горных гонках и критериумах. Ради экономии времени на первом этапе этой темы использовалась техническая документация на некоторые комплектующие от «М-80».


Подробнее о Реджинальде Воронцове

Главный конструктор.

Центр Харькова. Крошечная комнатка — каморка папы Карло. Или скорее — скрипичного мастера. Только на стенах вместо скрипок гроздьями висят велосипеды. А антресоли и полочки заставлены коробками с надписями «шестерёнки», «педали» и прочее.

Здесь живёт главный конструктор проекта спортивных велосипедов центрального конструкторско-технологического бюро велосипедостроения. И хотя бюро уже давно почило в бозе и бюро, и должность вместе с ним, для велогонщиков (и не только харьковских) он по-прежнему Главный. Велосипедных дел мастер Реджинальд Воронцов. С закрытыми глазами может собрать и разобрать любой велосипед. Как в армии автомат.

Именно этот человек разработал (не будем говорить изобрёл) велосипед, имя которого «Тахион».

Тахион — это сверхбыстрая частица. Название предложил сын Воронцова, который в ту пору был студентом политехнического. Сам Реджинальд Иванович хотел назвать своё детище «Кентавром», но на собрании, где этот вопрос обсуждался, один из руководящих работников неожиданно разразился гневной тирадой: что это мы, мол, наш родной советский велосипед собираемся назвать именем глубоко чуждого персонажа из какой-то там мифологии… С мнением этого человека считались, название «Кентавр» отвергли. А «Тахион» сочли вполне приемлемым.

ЦКТБ — это было государство в государстве. Со своими, порой непростыми, взаимоотношениями. Вот как это описывает Реджинальд Иванович:

— Мы должны изобрести — стать за кульман и наваять. Дальше — опытное производство по нашим чертежам. Потом — испытание опытных образцов. Стендам мы не доверяли: они всё уродуют. Я и так, без стенда, знаю, где в велосипеде слабое место. Вот, к примеру, рама нуждается в проверке на прочность, жёсткость. Я беру этот образец и езжу на нём — где угодно и как угодно. А ещё у нас были подопечные команды, спортсмены-сборники — украинцы, белорусы, москвичи. Чтобы свои деньги не тратить, мы договаривались о творческом сотрудничестве. У них сборы — мы велосипеды опытные привозим. А я на все такие сборы возил стальника опытного цеха. Меня ещё все спрашивали: зачем ты его всюду за собой таскаешь? А всё очень просто: чтобы носом тыкать. Потому что с тех пор, как упразднили техконтроль, даже в этом цехе нормально собирали велосипеды только тогда, когда у рабочих кто-то над душой стоял. Нет контроля — пошёл брак. И тогда я уже этому стальнику всё показываю и рассказываю, — смотри, ваших рук работа. При этом мои ребята могли их брак на ходу переделывать, и как переделывать!.. У одного паренька на сочинской гонке рама сломалась. Что делать? Придумали. В каком-то городском парке тихонько кусок трубы из ограды вырезали и раму сделали. Так этот человек на том велосипеде до сих пор ездит!

Охота пуще неволи

Сотрудники ЦКТБ в самом деле были на все руки мастера. Практически все они были с велосипедом на «ты». Воронцов не брал к себе тех, кто велосипеда не знал. Сам он, образно выражаясь, пришёл в конструкторское бюро прямо с велотрека.

Началось с того, что в 1953 году мать подарила ему велосипед «Турист». И Воронцов вместе с другом через некоторое время пошёл в велосекцию на «Динамо». Дали дорожный велосипед, вспоминает Реджинальд Иванович, так как спортивных мало было, и ездили на них тренер секции, жена тренера секции, дочь тренера секции и одна подающая надежды девочка. Прошла всего одна неделя занятий в секции — и Воронцова ставят на соревнования. А он возьми и выдай норматив первого разряда на обычном дорожном велосипеде. Ну и пошло-поехало с тех пор. С велосипеда не слезал, даже когда в вуз поступил. Окончил институт коммунального строительства со специализацией по металлоконструкциям. Первая работа — проектирование ЛЭПов. Потом трудился в «Южгипроцементе».

— Вообще в то время как было? Очень многое от зарплаты зависело. На одном месте я бы лет десять сидел, чтобы продвинуться по служебной лестнице, — и надбавку соответственно получить. Гораздо проще было найти другую работу. Десятку добавили — перешёл. Вот так я после «Южгипроцемента» попал в Институт метрологии стальником сектора. У нас была налажена связь с велозаводом, продукцию испытывали. И как-то раз тренер мой говорит: «Не хочешь заняться разработкой велосипедов? Главному конструктору велозавода заместитель толковый нужен».

Вот так и сталась изобретательская полоса в жизни Воронцова. Сам он смеётся: перейдя на велозавод, десятку-то на зарплате потерял… Но — охота пуще неволи.

«…А педальки-то — копия наших!»

Всего за время своего конструкторства Воронцов разработал семнадцать модификаций «Тахиона». Самая, пожалуй, известная версия — велосипед, который окрестили «рогаткой» (или «рогатым») за своеобразную форму руля.

— Очень популярный велосипед был у гонщиков, — вспоминает Воронцов. — Хорошо получился, удачный по всем параметрам. Мы его отдали в профсоюзную сборную как велосипед для командных и индивидуальных гонок. На нём и всесоюзные выигрывали, и чемпионами мира становились. Спартакиада народов СССР, международные соревнования — везде наш рогатенький бодался с другими. Как-то на соревнованиях Олег Лядов, известный спортсмен, подошёл и говорит: «Я видел велосипед, но не катался. Есть образец?» — «Бери». Лядов сел и уехал. Через 20 минут приехал: «Если сделаешь мне такой велосипед на следующий год, — я гарантирую золото на чемпионате СССР». Привёз ему в Вильнюс на соревнования. Идёт индивидуальная гонка на 50 километров. Тренера, как водится, позалегали на дистанции с секундомерами как партизаны. Слышу — переговариваются между собой: Лядов выигрывает 20 секунд, 30 секунд... Привёз порядка минуты. А это, между прочим, огромный отрыв! В результате первое и третье места — на нашем велосипеде.

После этого «рогатого» повезли на выставку в Милан. Общая разница в качестве советской и зарубежной техники — лет этак двадцать. А возле «рогатого» и японцы вертятся, и американцы, и кого только ни было! Итальянцы языками цокали: белиссимо! Только и слышно было, как фотоаппараты щёлкают. А после Милана глядь — а у нового французского велосипеда педальки-то — копия наших!

Утерянный престиж

Велосипед «Тахион» — это, выражаясь современным языком, бренд. Сейчас он снят с производства. Да и само производство достаточно условное. Харьковский велозавод на сегодняшний день — это один сборочный цех, где из китайских деталей собирают бытовые велосипеды. «Гонцы» (именно так называют велогонщиков конструкторы) посокрушались да и пересели на итальянские и прочие машины. Хотя «Тахион» по-прежнему марка уважаемая. И как всякий уважаемый продукт, его пытаются подделать. К Воронцову иногда подходят: посмотри, какой это «Тахион» — родной или липовый.

Впрочем, такое и раньше было. Как вспоминает Воронцов, сразу же после утверждения названия нового велосипеда в Киеве заказали деколь (это особая клейкая полоса с названием). Привезли и все деколи малярше в цех отдали. Под строгую отчётность. Но прошло буквально несколько дней, и сам Воронцов, катаясь на одной из городских велоплощадок, увидел, как механик велозавода прилаживает этот самый деколь на совершенно другой велосипед. Реджинальд Иванович подошёл, расспросил с пристрастием. Механик, разумеется, признался: та малярша из цеха — его знакомая, вот он и выпросил несколько штук — так, для своих людей. Разъярённый Воронцов на следующий же день забрал все деколи и запер у себя в сейфе.

И тут же пошли звонки со всех сторон. Со всего велозавода.

— Даже завпроизводством столовки заводской позвонил, — рассказывает Реджинальд Иванович. — Вы, говорит, в нашей столовой кушаете? Нет, честно отвечаю. А он: ну, может, придётся когда-нибудь, так вы уж дайте нам деколей… На велосипеды наклеить. А я ему и говорю: а чего клеить, покупайте готовый «Тахион», там уже всё наклеено… Ох, и орал он!

И это была не единственная стычка с вышестоящими, и не очень, лицами. Воронцов до сих пор вспоминает об этом с горечью:

— Цена «Тахиона» — это отдельная история. Начинали с 2000, а накрутили до 6500 рублей! «Гонцы» говорят: что вы делаете? Это ж цена автомобиля! А что я могу? Начальник опытного производства нагнетает цену вместе с плановым отделом — премии заоблачные себе зарабатывают. А нам, конструкторам, заметьте, никаких премий. Потом, ещё такой момент: у меня мысль — сделать узел. Я — за кульман, ваять. Наваял, даю исполнителю, ведущему конструктору: давай, чтобы в цех отдали. И вы знаете, труд наш, этот новый узел, в цехе лежит минимум год. То времени нет, то деталей... А это меня так пытались проучить в действительности. Показывали, кто главный на заводе. А тем временем пока чертёж пылится, кто-то другой это уже сделал и запустил. И всё. Мы напрасно трудились. Поймите, «Тахион» — это же велосипеды высокого класса. Это державный престиж! Но на велозаводе на этот престиж все облокотились. А тут я ещё перестал опытные велосипеды для сборной СССР давать, так как были случаи, когда после сборов или соревнований наши велосипеды разбирали на запчасти и продавали. А нас потом в ЦК партии вызывали…

Неудобный он человек, велосипедных дел мастер Реджинальд Воронцов. Поэтому, как только подошёл пенсионный возраст, тут же и проводили на заслуженный. Пенсия — девятьсот гривен.

— Пошёл пенсию оформлять, — рассказывает Воронцов, — спрашиваю: а награды учитываются? У меня медаль «За трудовую доблесть». Нет, отвечают, вот если бы три — тогда бы учитывалось. А ещё у меня три медали ВДНХ — две золотые, одна серебряная, говорю. А мне: а что это такое — ВДНХ? Я только вздохнул…

И теперь он дома ремонтирует людям велосипеды. И «Тахионы», и другие. Говорит: всё-таки прибавка к пенсии. Но мне кажется, что деньги — это в действительности для него вторично. Главное то, что он без велосипедов жить не может. Делает велосипеды потихоньку, как мастерят скрипки. И какая разница, что на его «Тахионе» уже никто не установит новые рекорды… Разве это главное

Полностью статья тут
http://www.velosfera.ru/news/details/2004/
Аватара пользователя
admin
 
Сообщения: 15143
Зарегистрирован: Сб май 01, 2004 12:59
Откуда: Одесса

Вернуться в Велоновости

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 0